Рейтинг@Mail.ru
Курс

Космическая одиссея

Лунную базу для людей будут создавать автоматы

В этом году исполнилось полвека с момента, когда генеральный конструктор Сергей Королев своим решением перевел тематику «Луна и дальний космос» в НПО имени С.А. Лавочкина. Предприятие, которое носит имя конструктора одного из лучших истребителей Второй мировой войны, до этого занималось производством военных самолетов. Сейчас уже сложно представить себе российскую космическую программу без НПО имени Лавочкина.
Посадочный аппарат станции «Луна-9», первого космического аппарата для планетных исследований, созданного на машиностроительном заводе им. С.А. Лавочкина в 1965–1966 годах. Станция «Луна-9» была запущена 31 января 1966 года с космодрома Байконур
Фото: ФИЛИПП МУРАВЬЕВ

Текст: Роман Аршанский 

Луноходы и исследования атмосферы Венеры, мягкая посадка на Марс, доставка на землю лунного грунта и многое-многое другое, создавшее и укрепившее славу советской космонавтики, – заслуга именно «лавочкинцев». В отличие от многих предприятий, где помнят лишь о былых заслугах, НПО не только идет в ногу со временем, но и, как и раньше, заглядывает на десятилетия вперед. Да, проблем сегодня масса, производственных, кадровых, экономических. Однако «второе дыхание», пришедшее на предприятие вместе с банком ВТБ, позволяет научно-производственному объединению уже сейчас начать новый рывок за пределы земного притяжения.

Для человека, помнящего программу «Время» советского периода, музей НПО имени Лавочкина – это материальное воплощение новостей Главной редакции информации Центрального телевидения СССР. Здесь стоят реальный «Луноход-3» и ракетный модуль, который должен был доставить его на спутник Земли. Остались они на нашей планете только потому, что в Центральном Комитете КПСС решили прервать космические путешествия. Здесь же хранятся и аппараты-дублеры «Луны-9» – того, что совершил на нее первую мягкую посадку – и «Луны-10», ставшего первым искусственным спутником небесного тела. Компанию готовым, но не попавшим в космическое путешествие аппаратам составляет абсолютно уникальный экспонат – возвращаемая капсула космической станции «Луна -16», доставившая лунный грунт на Землю. Таких, побывавших на нашем спутнике и вернувшихся домой, нет больше ни в одном музее мира.

«Луноход-3», летный экземпляр,
созданный для очередного запуска на Луну самоходной дистанционно управляемой научной лаборатории
Фото: ФИЛИПП МУРАВЬЕВ

Лунные граммы

С главным конструктором по направлению «Лунная программа» НПО имени С.А. Лавочкина Владимиром Долгополовым о судьбе российского дальнего космоса мы беседовали, расположившись неподалеку от этих бесценных экспонатов. Вспоминая те или иные эпизоды освоения межпланетного пространства, Владимир Павлович указывал на космический аппарат, проговаривая его биографию и историю создания. Абсолютное большинство из них прошло через его руки: нынешний главный конструктор «Лунной программы» пришел на предприятие Сергея Королева еще 1963 году и работал там до 1968-го. К этому моменту уже было определено, что «лавочкинцы» занимаются автоматикой и дальним космосом, и Владимир Долгополов, имеющий авиационное образование и опыт работы в ракетно-космической отрасли, потребовался именно здесь, чтобы совмещать, в том числе в трофейных еще чертежах, доставшихся от Вернера фон Брауна, необходимые требования и параметры.

Владимир Павлович Долгополов –
главный конструктор по ОКР «Луна-Глоб»
Фото: ФИЛИПП МУРАВЬЕВ

 

Владимир Павлович, почему лунную программу свернули в тот момент, когда она была на самом пике развития? Казалось, вот-вот научная фантастика об освоении спутника Земли станет реальностью. Причем произошло это одновременно в двух супердержавах – СССР и США. Следовательно, дело не в экономике?

Для Советского Союза лунная программа на фоне общего освоения космоса вообще особых материальных затрат не несла. А произошло следующее: после того как на Луну было совершено несколько посадок наших автоматических аппаратов, а также пилотируемых и автоматических американских, наука всего мира была настолько насыщена данными и материалами, что не могла в короткий срок освоить полученное. Американцы свою программу «Аполлон» к середине 1970-х стали закрывать. Да и у нас по спутнику Земли поездили два лунохода, передали массу снимков, панорам. А в 1976 году, благодаря мягкой посадке «Луны-24» с бурильной установкой, мы получили образец лунного грунта с глубины порядка двух метров. И тогда наш ЦК КПСС тоже сказал: хватит. Видимо, надоело членам Политбюро смотреть снимки с повторяющимися панорамами. (Смеется.) А если серьезно, то привезенных данных (благо ими, за исключением военной тематики, обменивались достаточно свободно) для мировой науки хватило на 20 лет – до середины 1990-х.

С советско-американской дружбой-соперничеством в дальнем космосе связано немало историй. Сторонние наблюдатели космических одиссей делали из них свои, зачастую забавные выводы. В 1977 году французы из Национального центра космических исследований продемонстрировали советским представителям фильм о том, «как русские обманули американцев на Луне». В нем была показана программа «Аполлон» с потраченными на нее миллиардами долларов и то, как русские, буквально «почесав репу», сделали автомат стоимостью $100–150 млн. 

Америка привезла на Землю порядка 100 килограммов лунного грунта. СССР – 140 граммов. Но когда вся мировая научная общественность изучила и тот и другой грузы, то никаких отличий найти не смогла. Получается, что все материальные, временные и трудозатраты Америки оказались лишними. Сколько бы полетов в район экваториальной Луны сделано ни было, ничего принципиально нового обнаружить не удалось.

Автоматическая межпланетная станция «Луна-Глоб»
Фото: ТАСС

Возвращение к Селене

Очередным толчком к освоению Луны послужил хотя и запланированный, но случай. В 1994 году американцы направили к Луне один из своих военных спутников – «Клементину». Снимки, переданные им, вызвали серьезные споры в научном сообществе. Гипотеза о том, что на лунных полюсах может находиться вода, впервые нашла научное подтверждение. Следом за «Клементиной» отправился европейский спутник «СМАРТ-1». И, хотя его задача в основном состояла в отработке перспективных технологий двигателя для будущих полетов к Меркурию и Солнцу, снимки, полученные со «СМАРТ-1», подтвердили возможность наличия льда на полюсах. 

Тогда к гонке подключились китайцы, японцы, индусы. Для этих стран полеты стали вступлением в престижный пул селенитов – «лунатиков». Их научная аппаратура обнаружила в реголите (поверхностном слое лунного грунта) линии водорода и кислорода. Затем вновь стартовала американская орбитальная станция с российским нейтронным анализатором на борту, который показал достаточно четкие поля возможного нахождения воды. 

В районах, куда солнечный свет не попадает вообще, может оказаться лед из межпланетного пространства. В нем есть множество элементов, среди них и водород, и кислород, и гелий. Комета Галлея, которую также изучал аппарат «лавочкинцев», оказалась куском льда 9 на 12 км. То есть воды в космосе много. И если она есть на Луне в достаточном количестве, неважно своя или привнесенная извне, для человечества открывается перспектива реализации одного из самых фантастических желаний – создания лунной базы.

«Если мы нашли воду, – говорит главный конструктор, – то мы нашли средство для питания, дыхания и жизнедеятельности. Ведь водород и кислород – это самое эффективное химическое топливо. Грязный там лед или нет – это уже мелочи. Главное, что если он в наличии, то появляется основа, чтобы двигаться дальше».

 

Владимир Павлович, за эти десятилетия не были утрачены навыки создания луноходов и, главное, технологии мягких посадок на космические тела? Ведь мало создать аппарат, надо его еще доставить и прилунить, чтобы он начал нормально работать…

Все исследования Луны, которые проводились в последние годы, проходили с орбиты. И только китайцы – молодцы, в 2013 году посадили на нее «Нефритового зайца», став третьими после СССР и США, кто прилунил свой аппарат. Они прилежно изучили весь наш опыт и с помощью российских фирм построили луноход. Шасси для него сделали в НИИ «Трансмаш», где в свое время создавали ходовую часть и для всех советских луноходов. 

Разумеется, теперь все думают о создании новых луноходов. По сравнению с тем, что раньше выполнял для науки аппарат весом 800 килограммов, сегодняшний луноход весом 200 килограммов сделает на порядок больше. Причем он бы мог быть еще меньше и легче, но луноход должен иметь определенные геометрические размеры, чтобы ездить по пересеченной местности. Современная российская программа исследования Луны состоит из трех элементов: «Луна-Ресурс-1» (ОА), КА «Луна-Ресурс-1» и «Луна-Глоб». 

Благодаря запускам этих аппаратов мы «вспомним» принципы посадки и отработаем прилунение на новую территорию, в приполярный район, кратер Богуславского. Это самый ровный из всех кратеров и самый большой: его диаметр – около 80 километров. Сам принцип мягкой посадки, который себя в свое время оправдал, полностью сохранен, но приборы и технику надо создавать заново. Масса спускаемого аппарата вместо шести тонн, которые были раньше, сейчас всего полторы. И требуется маленький регулируемый двигатель, а он гораздо сложнее по конструкции, чем большой. Грубо говоря – сравните обычный будильник и брегет. 

У нас на Луне сейчас находятся где-то 15 аппаратов, целые и разбившиеся. Так что мы совместно с американцами на нашем спутнике уже немного насорили…

«Луна-10» – первый в мире
искусственный спутник Луны
Фото: ФИЛИПП МУРАВЬЕВ

Нила Армстронга спрашивали, зачем и почему человек летит на Луну. Он отвечал: знаете, человек настолько любопытное существо, что, какие бы ему ни приводили аргументы в пользу того, что лететь не стоит, он все равно туда полезет

Живая планета

 

А на Марсе и Венере, куда НПО имени Лавочкина также отправляло свои аппараты?

На Венере следы землян найти проблематично: на ее поверхности, как в итоге показал один из наших аппаратов, давление под 100 атмосфер и температура 500 градусов Цельсия. Собственно, поэтому венерианские программы и забуксовали. Смысла в дальнейшем изучении планеты пока никто не видит. На Марсе, в отличие от Венеры, условия не такие жесткие. Более того, лед, от которого зависит колонизация других планет, на Марсе имеется. Американский аппарат «Феникс» своими камерами наблюдал, как лед плавится на стойке шасси. Следовательно, вопрос «Есть ли жизнь на Марсе?» остается открытым. Вполне возможно, что есть, даже если в виде каких-то лишайников. А вот перспектива стать живой планетой у Венеры если и появится, то через миллиарды лет.

Совместно с Европейским космическим агентством (ЕКА) Роскосмос проводит программу «ЭкзоМарс», в которой НПО имени Лавочкина принимает непосредственное участие. В 2016 году намечен первый пуск на Красную планету – туда отправится аппарат, созданный ЕКА, а в 2018-м – уже совместный большой марсоход.

Космос сложно осваивать в одиночку. Даже в эпоху противостояния супердержав всегда существовали совместные программы на орбите. Самая знаменитая из них, пожалуй, «Союз-Аполлон». Какая же картина сложилась сегодня, когда политические и технологические карты мира вновь перемешаны? Надо сразу сказать, Роскосмос по-прежнему среди космических передовиков. 

Памятная медаль
с изображением станции «Луна-9»
Правда, НПО имени Лавочкина, как и все наши аэрокосмические фирмы, сейчас испытывает серьезный голод на специалистов среднего возраста, как раз тех, кто и умеет, и может. Старшее поколение понемногу уходит, а молодежь надо учить. В Европе в аэрокосмической области работает масса людей высокой квалификации, как было в свое время в СССР. В Китае их еще больше. 

В принципе, китайцы могут дальше развивать свой космос самостоятельно. Они совершили мягкую посадку на спутник Земли, луноход made in China (хотя и с помощью России) поехал, следовательно, межпланетной технологией страна уже обладает. Дальше – количественное развитие, конкурентов в котором у Китая нет. По своему научному и техническому уровню в этой области Китай уже вышел на американский уровень.

В нашей современной Лунной программе участвует Европейское космическое агентство – создает систему адаптивной посадки на Луну и глубинного бурения реголита. Адаптивная посадка в данном случае – это автоматическое избегание препятствия при прилунении. Хотя надо заметить, что аварии у наших аппаратов из-за отказов каких-то элементов бывали, а вот из-за препятствий рельефа – нет. Тем не менее последние политические события заставили российских ученых параллельно с европейцами создавать собственную систему, чтобы не повторилась история с «Мистралями», но только уже в космосе. 

 

Пока мы позиции сохраняем, но что будет дальше?

Нам срочно нужно развиваться. Спасибо санкциям, вовремя по мягкому месту получили. 

 

Владимир Павлович, сейчас, когда забрезжила возможность создания лунной базы, вновь возобновился спор о целесообразности нахождения человека в космосе.

Да, безусловно, если говорить с точки зрения науки, то автоматами пространство и другие планеты изучать рентабельнее и безопаснее. Любой пилотируемый полет – это гигантский риск и очень большие затраты. Но если человек собирается лететь дальше, то шанс создать промежуточную базу на Луне упускать нельзя. В свое время первого землянина, побывавшего на Луне, Нила Армстронга, спрашивали, зачем и почему туда человек летит. Он отвечал примерно так: знаете, человек настолько любопытное существо, что, какие бы ему ни приводили аргументы в пользу того, что лететь не стоит, он все равно туда полезет. Вот и все.  

Полет нормальный

Фото: ВЛАДИМИР АСТАПКОВИЧ/РИА НОВОСТИ

«Лавочкинцы», претворяя в реальность мечты о дальнем космосе, лунной базе и межпланетных перелетах, тем не менее твердо стоят на земле, в том числе и потому, что одной из опор на стартовой площадке космической отрасли последние годы прямо или косвенно является банк ВТБ. В прошлом, 2014 году Объединенная ракетно-космическая корпорация и ВТБ подписали соглашение о сотрудничестве в рамках инвестиционного форума «Россия зовет!». Документ предусматривает возможность комплексного банковского обслуживания корпорации и входящих в нее предприятий, в том числе участие ВТБ в реализации инвестиционного потенциала компаний, находящихся под управлением ОРКК.
Проекты, которые создаются в настоящее время, отвечают не только запросам сегодняшнего дня, но и нацелены на будущее. Орбитальная астрофизическая обсерватория «Спектр-Р», предназначенная для проведения фундаментальных астрофизических исследований в радиодиапазоне электромагнитного спектра, была отправлена в космос летом 2011 года. В Книге рекордов Гиннесса она записана в качестве самого крупного космического радиотелескопа.
Проект является международным – к космической обсерватории подсоединяются земные радиотелескопы, и получается космический интерферометр со сверхбольшой базой. Макет обсерватории, сделанный в масштабе 1:10, посетители могли увидеть в рамках совместной экспозиции Роскосмоса и Объединенной ракетно-космической корпорации на МАКС-2015, официальным партнером которого также выступает ВТБ. Здесь же предприятие впервые представило полномасштабные макеты разгонного блока «Фрегат-СБ», космического аппарата «Луна-Глоб» и малого космического аппарата МКА-ФКИ ПН №2 (РЭЛЕК).
У российского космоса впереди административные реформы. Но планы по запуску космических аппаратов, произведенных в НПО имени Лавочкина, намечены твердо. В ближайшие годы мы услышим об орбитальных, «лунных», «марсианских» пусках. При сотрудничестве с банком ВТБ, который много лет поддерживает самые высокотехнологичные российские отрасли, можно заглядывать вперед во времени и на расстояние – далеко за пределы земного притяжения.

 

Фото: ОЛЕГ УРУСОВ/ТАСС  

© 2014 ВТБ

Издается с 2006 года.

Распространение - во всех регионах, где представлен ВТБ.

Корпоративные СМИ ВТБ

Поиск