Рейтинг@Mail.ru
Кофе-брейк

Подлинная история

Императорские костюмы Эрмитажа хранят даже следы духов

Какую одежду предпочитал Петр I, какие наряды выбирала Мария Федоровна, супруга Александра III, и как выглядели «мундирные» платья императрицы Екатерины II? Весь блеск российского императорского двора собрал в одну беспрецедентную выставку Государственный Эрмитаж. Генеральным спонсором самого масштабного события года из жизни музея выступил банк ВТБ. Такая выставка бывает один раз в несколько веков.

Текст Жанна Цесас

Из жизни высшего общества

И, безусловно, такая выставка могла состояться только в русском Эрмитаже. Там, где по сей день витает имперский дух, где парадные залы выглядят так, будто только вчера здесь прошел очередной громкий бал. В Гербовом зале – сразу три костюма Петра I, чуть дальше – мундирные платья Екатерины II, платья Марии Федоровны и Александры Федоровны и целая галерея костюмов приближенных и слуг. Всего 252 костюма царей, цариц, вельмож и пажей. Все эти бесценные наряды тонко дополняются предметами обихода представителей царствующей династии и семейными реликвиями вельмож, близко стоявших к трону.

Как рассказал журналистам генеральный директор музея Михаил Пиотровский, «это самая значимая выставка, которая открывается в рамках юбилея Эрмитажа». Название соответствует: «При Дворе российских императоров. Костюм XVIII – начала XX века в собрании Эрмитажа». По сути это срез жизни высших слоев общества, где нашли отражение многие государственные, исторические и культурные события Европы, наиболее ярко проявились характеры и своеобразие отдельных личностей, сочетались западноевропейские и восточные влияния и при этом всегда сохранялся национальный колорит.

Образ русского императорского двора Эрмитаж воссоздает через произведения искусства и предметы быта. С помощью живописи, графики, мебели, дворцового серебра, икон и предметов религиозного культа, орденов, церемониального оружия и документов можно перенестись на несколько веков назад и явно представить себе официальные торжества, приемы, балы и парады, окунуться в интриги двора и даже заглянуть в самое сокровенное – личную жизнь российских монархов.

На открытии выставки генеральный директор Государственного Эрмитажа Михаил Пиотровский рассказал, что в вещах живет подлинная история и в коллекции костюмов музея блеск и трагедия сочетаются так же, как и в истории Российской империи. «Мы не выставляем окровавленные одежды, оставшиеся после расстрела императорской семьи или после покушения на Николая II в Японии, или простреленное пальто Александра III, – продолжил он. – Но мы прикрепили костюм к истории так, как это возможно только в Эрмитаже. Такой выставки костюма сейчас в мире нигде нет, более того, ее мало кто может организовать».



По сути это срез жизни высших слоев общества, где нашли отражение многие государственные, исторические и культурные события Европы, наиболее ярко проявились характеры и своеобразие отдельных личностей, сочетались западноевропейские и восточные влияния и при этом всегда сохранялся национальный колорит


Указом императора

Известно, что поражавший современников русский двор приобрел свой блеск и европейский лоск благодаря Петру I. Император настолько был впечатлен французским искусством и Версалем, что, вернувшись из поездки во Францию, радикально перестроил парки, дворцы, да и сам императорский двор. Российская империя взяла с Запада все самое лучшее, щедро приправив национальным колоритом. Так что говорить о слепом копировании западной модели было бы несправедливо, скорее это было русское изложение европейских традиций.

Яркий пример тому – нравы при русском дворе. Правила этикета и жизни в Петербурге были не столь строгими, как при дворах в той же Франции или Испании. Порой нравы дворца и вовсе можно было посчитать весьма вольными. Екатерина II, к примеру, часто жаловалась своему фавориту князю Потемкину на то, что во дворце в вечернее и ночное время очень много праздношатающихся, и на то, что фрейлины часто ходят любоваться ее украшениями в «бриллиантовую комнату», вход в которую, по идее, должен быть серьезно ограничен.

Несмотря на то что образован императорский двор был Петром, окончательный, известный во всем мире вид он принял только спустя век – при Николае I. Со всей строгостью следить за собственным внешним видом придворные тоже стали лишь с начала XVIII века, переняв все лучшее, что было на тот момент в Европе. Придворным вельможам не позволялось никаких вольностей в одежде. То, как будет выглядеть окружение императора, определял сам император. В 1834 году Николай I подписал указ о регламентации одежды, в том числе, и придворных.

Если дело касалось придворного церемониала, то даже самая малейшая деталь имела значение. Главным образом это касалось элементов костюмов. Все нормы закреплялись документально – на высшем государственном уровне. В XVIII веке появился целый ряд указов, таких как «О неприезде ко двору никому в траурной одежде и в траурных экипажах», «Об уборе дам, имеющих приезд ко двору», «О назначении, в какие праздники какое платье носить особам обоего пола, имеющим приезд ко двору». Стоит ли удивляться тому, что именно благодаря богатым и изысканным нарядам монархов и придворных достигалось то самое впечатление блеска и пышности российского двора.

Михаил Пиотровский

Генеральный директор музея Михаил Пиотровский: «Это самая значимая выставка, которая открывается в рамках юбилея Эрмитажа»

Пусть для кого-то это, возможно, и было ограничением свободы, а для большинства требования императора упрощали задачу выбора наряда. В указах было прописано все до мельчайших деталей, таких как количество пуговиц на мундире, например. Дамы абсолютно точно знали, какое платье и по какому случаю надевать (вплоть до его цвета и шитья). Цветовая гамма, фасоны – все было строго регламентировано. Красный, к примеру, долгое время был цветом членов императорской фамилии. А в гардеробе безутешной вдовы, с ног до головы закутанной в черный креп, можно было найти и траурное платье белого цвета – на случай выхода на свадьбу или крестины.

И вся эта роскошь, безусловно, стоила огромных денег: средств на красоту и убранство императоры не жалели. После смерти Петра Великого ежегодные затраты на содержание двора доходили до 260 000 руб., а в 1785 году – чуть больше чем через полвека – придворная контора получала на свои нужды уже 3 млн золотых руб. На содержание двора преемники Петра I тратили значительные суммы – расходы доходили до четверти государственного бюджета. Особым размахом отличалась Анна Иоанновна, вторая дочь царя Ивана V, брата и соправителя царя Петра. Она тратила на содержание двора по нескольку миллионов рублей, в то время как на Академию наук и Адмиралтейскую академию – 47 000, а на борьбу с эпидемиями – 16 000.

Любопытный момент: несмотря на выделение столь значительных сумм, двор остро нуждался в деньгах. По крайней мере, на протяжении XVIII века. К примеру, во время царствования императрицы Елизаветы Петровны жалованье придворных можно назвать весьма скромным. Камер-фрейлина получала в среднем 1000 руб. в год, метрдотель – 1200, интендант – 788, а камер-паж – всего лишь 110–140 руб. Более того, существовали категории придворных, которые не получали жалованья вовсе, например статс-дамы. Куда же уходили остальные деньги? Ответ очень прост: на всевозможные церемонии и балы.


Богатство нарядов

Празднества русского двора производили на иностранцев ошеломляющее впечатление. Дипломаты, возвращаясь домой, взахлеб рассказывали о грандиозных церемониях, устраиваемых в Москве и Петербурге. Во времена своего правления Анна Иоанновна тратила огромные деньги на увеселительные мероприятия. При ней впервые появился у входа во дворец ледовый городок со слонами, из хоботов которых фонтаном струилась горящая нефть. Позже при проведении шутовской свадьбы ее придворного шута князя М. А. Голицына молодожены брачную ночь провели в ледяном доме.

Одежда приближенных также должна была дополнять императорское великолепие. Безупречный наряд стоил баснословных денег. Одно лишь золотое шитье на мундире камергера, к примеру, обходилось не меньше чем в 1000 руб. В это время в Петербурге добротный костюм-тройка продавался за 6 руб. Были случаи, когда камергеры, не имея возможности оплатить новый костюм, покупали шитье, споротое со старого мундира, и нашивали на свой.

Но именно эти «излишества» и дают понимание придворной иерархии. В эрмитажной экспозиции, кажется, все костюмы остались на занимаемых должностях, невзирая на то что их владельцев давно нет на свете. Как отметил Михаил Пиотровский, Эрмитаж – главное хранилище имперской России. И в костюмах явно видна эта государственность, начиная с того, что на каждой пуговице военного изображен рельефный двуглавый орел, и заканчивая особыми, «национальными» должностями и костюмами. Например, высочайшие особы держали при себе казаков, традиционно были при дворе старшие и младшие арапы.


Одежда приближенных также должна была дополнять императорское великолепие. Безупречный наряд стоил баснословных денег

Придворные дамы тратили и вовсе заоблачные суммы на наряды, каковых в их гардеробе было бесчисленное множество. Ведь в течение дня им приходилось сменять послеобеденное платье на визитное, а визитное – на вечернее. Так как при дворе действовал строгий этикет, модные тенденции и вкус хозяев костюмов проявлялись в деталях. Почти все женские, особенно великокняжеские платья и платья приближенных, имеют выраженную индивидуальность. На выставке в Эрмитаже показали фиолетовое и черное платья княжон Юсуповых, закрытые и строгие платья Марии Федоровны. А по моде, как всегда, можно проследить то, как простое периодически сменяет сложное: вслед за легкими бальными платьями «а-ля грек» начала XIX века приходят вычурные турнюры и рюши 1880-х годов.

В 1834 году характер парадного женского костюма также был узаконен указом. На самом высоком государственном уровне устанавливался цвет бархата и узор золотого или серебряного шитья. Все это зависело от ранга его владелицы. Так, зеленое бархатное платье с золотом полагалось статс-дамам и камер-фрейлинам, синее могли носить наставницы великих княжон, а платье пунцового цвета – фрейлины ее величества. Приезжающим ко двору дамам предоставлялась возможность выбрать платья различных цветов и шитья, но только кроме тех узоров, которые предназначались для придворных дам.

Одно время при дворе были очень модны платья, похожие на национальные русские сарафаны. Покрой платья всем был положен по одному образцу: очень длинные откидные рукава с открытой проймой, спускавшейся почти до колен и подчеркнутой декором и планкой с пуговицами, как в сарафане, и вертикальная линия по центру спереди. Всем дамам предписывалось иметь кокошник произвольного цвета с белым вуалем, а девицам – повязку на голову. «Мы все будем в русских платьях, – писала в одном из своих писем в Москву фрейлина высочайшего двора А. Шереметева о подготовке бала в честь присяги наследника престола. – Дамы будут одеты в чем-то вроде сарафанов, но из легкой материи, а на голове будут розаны в виде кокошника. Молодыя дамы (танцующия) в гирляндах из белых розанов. Императрица будет также сама в сарафане. Позднее будет бал в Белой зале Зимняго дворца».


Дамы абсолютно точно знали, какое платье и по какому случаю надевать (вплоть до его цвета и шитья). Цветовая гамма, фасоны – все было строго регламентировано

Вы поедете на бал?..

Церемониями первого ряда можно с уверенностью назвать пышные императорские балы, ставшие для дворянства своего рода формой сословной социализации: каждый должен был показать свой статус, положение и умение вести себя в обществе. Императорская семья, бесспорно, была тем самым эталоном и образцом для подражания. Каждое событие подобного рода еще долго обсуждалось, в том числе, и далеко за пределами Петербурга.

Устраивали балы и сами знатные особы. Общество играло в карты и бильярд, лото, фанты, но главное – это танец и светский диалог. Все действо и поведение придворных подчинялось сложным правилам этикета и церемоний. К примеру, во времена Екатерины II был такой красивый обычай: хозяин дома, где устраивался бал, выбирал, поднеся букет цветов, прекрасную даму, которая затем отдавала цветы одному из кавалеров, назначая его хозяином и устроителем следующего по времени бала. Накануне кавалер посылал этой даме веер, перчатки и цветы, с которыми она там и появлялась.

Участие в придворных балах было обязательным. Единственное оправдание – серьезная болезнь. Число приглашенных в XVIII веке могло достигать 1000 человек. Следует ли говорить, что члены императорского дома бывали украшением придворных балов. Именно так, например, современники характеризовали дочь Петра Великого великую княгиню и будущую императрицу Елизавету Петровну.

Другого рода украшениями на балах служили фамильные драгоценности с рубинами и сапфирами, в которых появлялись великие княгини. Но и тут был жесткий регламент: цвет каменьев должен соответствовать цвету платья. К примеру, рубины и бриллианты – при розовых материях, жемчуга и бриллианты или сапфиры – при голубых. Платья и кокошники украшались драгоценными камнями в зависимости от степени богатства особы. Так, жена предводителя дворянства одного из уездов Петроградской губернии носила в виде пуговиц изум­руды величиной с голубиное яйцо. А своими бриллиантами славились графини Шувалова, Воронцова-Дашкова, Шереметева, княгини Кочубей и Юсупова.

Хотя на выставке в Эрмитаже представлены и охотничьи костюмы, и военная форма, наибольшее внимание посетителей привлекают все-таки дамские платья. Корсеты женщины из высшего общества затягивали так, что объем талии не превышал 50–60 сантиметров. Исключение составляла только Екатерина II, которая, по свидетельствам историков, отличалась пышными формами и не обращала внимания на стереотипы.

Изначально платья для императорского двора шились вручную. Однако в XIX веке венценосные особы все чаще стали обращаться в мастерские. С начала ХХ века мода стала более демократичной, и даже члены императорской фамилии стали приобретать фабричную одежду.


Директор Эрмитажа подчеркнул, что «в следующий раз такая выставка может быть представлена лет через двести»


Запах духов

О досуге имперского двора России складывались целые легенды. В контексте выставки Эрмитажа нашли отражение такие темы, как любимые занятия и развлечения русской аристократии: театр, музыка, игры (шарады, шахматы, карты), «царская охота».

«Новодела» здесь нет. Долгое время экспонаты находились в запасниках Эрмитажа, и, как поясняют кураторы выставки, сотрудники отдела научной реставрации и консервации сделали все, чтобы не было никакого восстановления, поэтому все вещи подлинные, ткани немного выцвели, кое-где сохранились даже пятна от духов. «Следы от туалетной воды, которой пользовались представители высшего общества, нельзя отстирать даже сейчас, – рассказал заведующий отделом истории Эрмитажа Вячеслав Федоров. – Мы такой цели и не преследовали. Задача была показать вещи такими, какими они сохранились».

Столь масштабную и ценную выставку помог организовать ВТБ. Она стала первым совместным проектом в рамках трехлетнего сотрудничества банка с музеем. Директор Эрмитажа подчеркнул, что «в следующий раз такая выставка может быть представлена лет через двести». Многим экспонатам сотни лет, и они очень хрупкие, поэтому «каждый раз надевать их на манекены – невозможно». После окончания экспозиции они переедут в новый филиал – запасник в Старой деревне.

© 2014 ВТБ

Издается с 2006 года.

Распространение - во всех регионах, где представлен ВТБ.

Корпоративные СМИ ВТБ

Поиск