Рейтинг@Mail.ru Сайт ВТБ В начало
 
  В номере

№ 1 (25) 2010

| Корпоративные СМИ ВТБ


Национальный масштаб

Неюбилейный юбилей
Давос-2010: от переосмысления - к перезагрузке

КАЖДЫЙ ГОД ГОРНОЛЫЖНИКИ И СНОУБОРДИСТЫ ДРУЖНО ПРОКЛИНАЮТ ПРОФЕССОРА ЭКОНОМИКИ ЖЕНЕВСКОГО УНИВЕРСИТЕТА КЛАУСА ШВАБА. С ЕГО ПОДАЧИ В САМЫЙ РАЗ- ГАР СЕЗОНА НА ДЕСЯТЬ ДНЕЙ ФАКТИЧЕСКИ ЗАКРЫВАЕТСЯ ДАВОС – САМЫЙ ВЫСОКОГОР- НЫЙ ГОРНОЛЫЖНЫЙ КУРОРТ СТАРОГО СВЕТА. НО ИМЕННО ЗА ЭТО ВСЕ 13 ТЫСЯЧ ДАВОС- ЦЕВ КЛАУСУ ШВАБУ БЕСКОНЕЧНО ПРИЗНАТЕЛЬНЫ. ВЕДЬ БЛАГОДАРЯ ТОМУ, ЧТО РАЗ В ГОД, В КОНЦЕ ЯНВАРЯ – НАЧАЛЕ ФЕВРАЛЯ, ЭТОТ ПРОВИНЦИАЛЬНЫЙ ШВЕЙЦАРСКИЙ ГОРОДОК СТАНОВИТСЯ МЕККОЙ ДЛЯ БИЗНЕСМЕНОВ, ПОЛИТИКОВ И ТОП-МЕНЕДЖЕРОВ МИРОВОГО УРОВНЯ, ЕГО СЛАВА СТАЛА ГЛОБАЛЬНОЙ.

31 января в Давосе завершилось 40-е по счету заседание Всемирного экономического форума (ВЭФ). Несмотря на круглую цифру, организаторы решили воздержаться от юбилейных мероприятий, что вполне резонно. С одной стороны, самый мощный за полвека экономический кризис все еще продолжает сотрясать мировое хозяйство, отнюдь не располагая к празднествам. С другой – уровень политического представительства на форуме-2010 оказался заметно скромнее, чем годом ранее. Если в 2009 году в работе ВЭФ приняли участие лидеры всех ведущих мировых держав и общее число первых лиц государств перевалило за четыре десятка, то нынешнюю встречу из политиков-тяжеловесов посетили лишь президент Франции Николя Саркози, премьер-министр Испании Хосе Луис Родригес Сапатеро, а также главы Бразилии и Мексики.

Многие эксперты считают спад интереса к Давосу закономерным. Год назад глобальный кризис еще только набирал обороты, и главным было объединить усилия в борьбе с ним. Встречи политиков и бизнесменов в разных форматах были весьма частыми. С тех пор ситуация в мировой экономике заметно улучшилась. Развития событий по наихудшему сценарию удалось избежать, в том числе, благодаря скоординированным действиям стран – экономических лидеров. Теперь пришла пора осмыслить сделанное и наметить ориентиры на будущее.

Это всеобщее изменение настроений во многом отражает девиз нынешнего форума: «Переосмыслить, переформатировать, перестроить». Поясняя заложенный в нем смысл, исполнительный директор ВЭФ К. Шваб отметил: «Когда мы говорим о переосмыслении, мы говорим о базовых ценностях. Когда мы говорим о преобразовании, мы говорим о таких системах, как, например, финансовая. А перестраивать мы намерены институты».

Коллективный разум

   

ЗАНИМАТЬСЯ «ПЕРЕОСМЫСЛЕНИЕМ» В ДАВОСЕ СОБРАЛИСЬ ДВЕ С ПОЛОВИНОЙ ТЫСЯЧИ ПОЛИТИКОВ, БИЗНЕСМЕНОВ, УЧЕНЫХ И ДЕЯТЕЛЕЙ КУЛЬТУРЫ ИЗ 90 СТРАН МИРА

Заниматься «переосмыслением» в Давосе собрались две с половиной тысячи политиков, бизнесменов, ученых и деятелей культуры из 90 стран мира. В их числе – 12 глав национальных банков, 50 руководителей ведущих международных организаций, более 500 представителей гражданского общества.

Российскую делегацию на форуме возглавлял вице-премьер, министр финан­сов Алексей Кудрин. В ее состав по традиции вошли капитаны отечественного бизнеса: президент – председатель правления ВТБ Андрей Костин, президент Сбербанка Герман Греф, председатель совета директоров «Северстали» Алексей Мордашов, исполнительный директор «ВымпелКома» Борис Немсич, глава «Тройки Диалог» Рубен Варданян, ряд других представителей деловой элиты.

Из международных звезд бизнеса и финансов на форуме отметились гендиректор Дойче Банка Йозеф Аккерман, всемирно известный инвестор и филантроп Джордж Сорос, а также пользующийся репутацией предсказателя нынешнего кризиса нью-йоркский профессор Нуриэль Рубини. Вместе с тем Давос в 2010 году недосчитался многих именитых гостей. В частности, «прогуляли» нынешний саммит глава одного из крупнейших банков США – J.P. Morgan Chase – Джеймс Димон и его коллега из Goldman Sachs Ллойд Бланкфейн. Довольно бледно выглядели Соединенные Штаты: от Белого дома в Швейцарию приехал только экономический советник Ларри Саммерс. Кроме него «звезды и полосы» на ВЭФ представляли экс-президент США, спецпосланник ООН по Гаити Билл Клинтон, а также экс-глава корпорации Microsoft Билл Гейтс.

Собравшейся на швейцарском курорте интернациональной команде предстояло сообща найти ответы на непростые вопросы. В каком направлении должна развиваться мировая экономика?

   

Как уменьшить риски повторения кризисов, подобных нынешнему? Где находится баланс между усилением государственного регулирования и сохранением возможностей для развития частной инициативы? Какие глобальные институты необходимо сформировать или перестроить? Насколько должна измениться система ценностей современного общества?

Поиски ответов велись интенсивно. Ежедневно на форуме проводились десятки открытых дискуссий, «круглых столов» и встреч по интересам, тематика которых охватывала практически все аспекты жизни и деятельности человечества. Лейтмотивом всех мероприятий, как протокольных, так и неофициальных, стали вызванные кризисом глобальные экономические и социальные потрясения. Борьба с ними уже обошлась странам G20 почти в 25% совокупного ВВП, но, несмотря на это, перспективы выхода развитых экономик на траекторию устойчивого роста все еще остаются туманными. При этом, как считает ряд западных экспертов, «главным пострадавшим» от кризиса стал современный капитализм. Его жизнеспособность впервые за многие десятилетия поставлена под сомнение.

ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНЫМ УЧАСТНИКАМ ДАВОСА ПРЕДСТОЯЛО СООБЩА НАЙТИ ОТВЕТЫ НА НЕПРОСТЫЕ ВОПРОСЫ: В КАКОМ НАПРАВЛЕНИИ ДОЛЖНА РАЗВИВАТЬСЯ ЭКОНОМИКА? КАК УМЕНЬШИТЬ РИСКИ ПОВТОРЕНИЯ КРИЗИСОВ?

Капиталистическая «перекройка»

Ответ на сакральный вопрос «Что делать?» первым попытался дать Николя Саркози. В своем выступлении на открытии форума он заявил, что в перестройке и «перекройке» нуждается, прежде всего, сама сложившаяся к настоящему времени капиталистическая система. А переосмыслить предстоит ни много ни мало парадигму либерального капитализма – веру во всесилие рынка.

   

«С того самого момента, когда мы стали говорить, что «рынок всегда прав», глобализация вышла из-под контроля, – подчеркнул президент Франции. – Она породила мир, где все отдано на откуп финансистам. Она породила нынешний кризис. Без вмешательства государства все бы вообще рухнуло. Был бы полный провал! Если мы не сделаем из этого выводов, то будем безответственными людьми. Если мы не попытаемся исправить эту ситуацию через усиление регулирования, наша система будет сметена новыми экономическими и политическими кризисами».

С его позицией отчасти солидарен нынешний председатель Европейского центрального банка Жан-Клод Трише. По мнению авторитетного банкира, избежать экономической депрессии удалось, в первую очередь, благодаря масштабной господдержке и беспрецедентным мерам, принятым центральными банками по всему миру. Поэтому постановка вопроса об усилении регулирования финансовых рынков вполне закономерна.

Панегирик государственному вмешательству в экономику со стороны Саркози и Трише удивления не вызывает. Не одно поколение французских политиков выросло на идеях экономиста Франсуа Пигу, который считал активное участие государства в регулировании экономических процессов делом абсолютно необходимым. Эта концепция, «дирижизм», переживает сейчас во Франции второе рождение. И, по мнению многих экспертов, энергичное использование «дирижерской палочки» помогло второй экономике Еврозоны пережить удары кризиса без серьезных потерь.

Однако в последнее время призывы к ужесточению регулятивной функции государства слышатся даже из цитаделей рыночного либерализма. Незадолго до открытия ВЭФ-2010 президент США Барак Обама предложил ввести ряд строгих ограничений для банковского бизнеса. Среди его инициатив – запрет кредитным учреждениям торговать ценными бумагами за счет собственных средств. Кроме того, глава Белого дома счел необходимым запретить банкам и финансовым холдингам вкладывать средства в хедж-фонды или частные инвестиционные компании. По его замыслу, это предотвратит появление «слишком крупных и слишком важных» кредитных институтов, а также избавит государство от необходимости оказывать им массированную финансовую поддержку в кризисных ситуациях.

С таким подходом, впрочем, согласны не все. Оппонировать двум президентам готовы не только банкиры. Комментируя пламенную речь Саркози, эксперты из разных стран указывали, что к сегодняшним потрясениям привели не только провалы рыночных механизмов, но и изъяны в государственном регулировании. В частности, из-за того, что ФРС США в начале 2000-х годов искусственно удерживала процентные ставки практически на нулевых уровнях, глобальная финансовая система оказалась переполнена ликвидностью. Избыток свободных денег привел к образованию «пузырей» по всему миру. Разрыв одного из них – крах рынка subprime-ипотеки в США – стал спусковым крючком кризиса.

Нежелательный консенсус

Мнение, что для предотвращения катаклизмов, подобных нынешней «великой рецессии», необходимо усилить регулирование финансового сектора, к началу ВЭФ-2010 уже обрело силу самодовлеющей истины. И потому идея коренной реформы банковской системы с опорой на введение ограничений на операции и размеры кредитных организаций была с энтузиазмом подхвачена западными госчиновниками. Так, незадолго до открытия форума председатель Банка Англии Мервин Кинг заговорил о необходимости раздробления крупных финан­совых институтов в своей стране. А в ЕС началась работа над созданием регионального агентства по регулированию банковской деятельности.

«ГЛАВНЫМ ПОСТРАДАВШИМ» ОТ КРИЗИСА, ПО МНЕНИЮ ЗАПАДНЫХ ЭКСПЕРТОВ, СТАЛ СОВРЕМЕННЫЙ КАПИТАЛИЗМ. ЕГО ЖИЗНЕСПОСОБНОСТЬ ПОСТАВЛЕНА ПОД СОМНЕНИЕ ВПЕРВЫЕ ЗА МНОГИЕ ДЕСЯТИЛЕТИЯ

«Дух кооперации [между банкирами и правительствами] потерян в последние несколько месяцев, – с сожалением констатировал Андрей Костин. – Мы видим растущие опасения по поводу того, что правительства не всегда корректно понимают проблематику финансового сектора».

Сложившийся антилиберальный консенсус стал неприятным сюрпризом для многих представителей банковского сообщества, собравшихся в Давосе. Ведь до недавнего времени казалось, что копья будут ломаться вокруг вопросов хотя и значимых, но не главных. Таких, как введение ограничений на бонусы руководителям банков – получателей государственной поддержки. Теперь же речь зашла едва ли не о лишении банкиров возможности извлекать сверхприбыли из рискованных операций.

«Более нельзя жить в мире, где почти все отдано финансовому капиталу и почти ничего – сфере производства, где рантье важнее производителя, – бушевал на форуме Николя Саркози. – Нам не нужен капитализм, в котором можно, оперируя чужими деньгами, получать прибыль без особых усилий».

Естественно, это заявление было без особого энтузиазма встречено банкирами. Многие из них резонно замечали, что пока еще нет достаточных доказательств необходимости принудительного разукрупнения банков. С этим согласны и некоторые другие эксперты. В частности, бывший главный экономист МВФ Рагхурам Раджан подчеркнул, что несколько мелких банков, принимающих чрезмерные риски, могут быть не менее опасны, чем пара больших. Кроме того, усиление банковского регулирования – это лекарство, которое может оказаться еще горше болезни. Даже Сорос, который уже давно выступает за более строгий подход к кредитным институтам, предупредил: «У государственного регулирования уязвимых мест еще больше, чем у свободного рынка».

Донести свои опасения и сомнения до государственных мужей банкиры попытались на специальной встрече в последний день работы ВЭФ. Идея ее проведения возникла уже в ходе форума. Обсуждение прошло за закрытыми дверями, но на выходе его участники сообщили, что смягчить «регуляторов» не удалось. Их позиция осталась твердой: изменений в банковской сфере не избежать, хотят того банкиры или нет. И меры государств по установлению жесткого контроля над кредитными институтами будут продолжены.

Государственный подход

Вопрос о новой роли государства в посткризисном мире был одним из центральных в ходе ВЭФ-2010. Так или иначе, он неизбежно поднимался в ходе различных панельных дискуссий и «круглых столов». Кроме того, в рамках форума состоялась тематическая сессия «Переосмыслить правительственную поддержку». Она прошла в формате панельной дискуссии.

Ее участниками были представители как развитых, так и развивающихся стран, как государственных, так и частных структур. Спектр высказанных мнений был весьма широк. Но всех объединило понимание того, что за последние полтора года взаимоотношения между банками и правительствами в корне изменились. Кредитные институты в большинстве стран мира стали главными реципиентами бюджетной помощи. Доля государства в их капиталах заметно возросла. В результате, с одной стороны, удалось избежать краха системообразующих банков, угрожающего экономике параличом. С другой – возник ряд новых вызовов глобальному развитию.

Один из них обусловлен сложностью выхода из антикризисных программ. Преждевременный отказ от пакетов экономических стимулов чреват новой рецессией, а затягивание перевода банковского и реального секторов на самофинансирование грозит обрушением бюджетных систем под бременем непомерных долгов. Уже сейчас общая сумма дефицитов бюджетов государств G20 составляет почти 8% их совокупного ВВП, при этом госдолг ряда развитых стран достиг беспрецедентно высокого для мирного времени уровня.

Еще один вызов – как сделать посткризисную финансовую систему устойчивой и безопасной, но при этом не ограничить ее функцию поставщика ресурсов для реального сектора. Многие правительства находятся под гнетом общественного мнения: «великая рецессия», начавшаяся с краха нескольких крупных банков, лишила работы 34 млн человек и уничтожила свыше $1 трлн частных сбережений, поэтому требования ужесточить регулирование банковской сферы звучат очень громко. В то же время чрезмерное «закручивание гаек» может задушить деловую инициативу, подорвать международную конкуренцию и породить новые глобальные дисбалансы. «Золотой век» саморегулирования рынков, бесспорно, подошел к концу, но какие механизмы должны прийти ему на смену?

Свой ответ на этот вопрос дал глава ВТБ Андрей Костин, который был одним из ключевых спикеров сессии. «В целом банковское сообщество понимает необходимость изменения системы и правил регулирования, – отметил он в ходе дискуссии. – Но мы не обязательно должны идти по пути большего регулирования. Правильный путь – двигаться к более совершенному регулированию. При этом важно добиться его улучшения, в первую очередь, на международном уровне, чтобы контролировать активность транснациональных институтов. Американские банки более 50% своих доходов генерируют за пределами США, и если надзор осуществлять только в Америке, это не позволит полноценно регулировать их деятельность. Глобальный подход к регулированию, контролю рисков, надзору является залогом перехода к более устойчивой и безопасной банковской системе».

Российский интерес

В отличие от предыдущих заседаний ВЭФ в нынешнем году на форуме не было мероприятий по чисто российской тематике. Но это вряд ли стоит воспринимать как признание «второстепенности» России. Скорее отсутствие в Давосе некогда традиционных «русских сезонов» говорит о том, что у нашей страны отпала необходимость убеждать Запад в своей приверженности общемировым процессам.

«Это первый Давос на моей памяти, на котором нет российской сессии, – заявил, улыбаясь в телекамеры, гендиректор госкорпорации «Роснано» Анатолий Чубайс. – И это очень позитивно. В том смысле, что здесь нет сессии о Великобритании, о Франции, о Германии. Это означает, что наконец-то мы становимся частью мира и свои проблемы обсуждаем вместе с миром».

Одна из таких проблем – определить, когда государству, чья доля в банковском секторе под влиянием кризиса заметно возросла, уместно начинать ее сокращение. Дискуссию по этому вопросу инициировал Герман Греф. По его мнению, для сокращения дефицита федерального бюджета РФ ($87 млрд) можно было бы продать часть акций Сбербанка, уменьшив долю государства в нем до 25 или, как минимум, до 50%. Это позволило бы выручить $40–50 млрд, подсчитал экс-министр.

Однако у главного ревнителя бюджетных доходов Алексея Кудрина эта идея энтузиазма не вызвала. О выходе государства из акционерного капитала Сбербанка говорить пока рано, заявил он. Ведь рынок еще не восстановился после кризиса. Действительно, хотя капитализация Сберегательного банка РФ за последний год выросла почти в четыре раза, достигнув $61,7 млрд, она все еще на треть ниже докризисных максимумов. То есть у государства есть резон не спешить: согласно большинству экспертных прогнозов, российский рынок акций в текущем году может вырасти еще на 25–30%. При этом бумаги банков в условиях восстановления глобальной экономики и сектора финансовых услуг могут войти в число основных бенефициаров роста.

Глава Минфина РФ подчеркнул также, что приватизацию госбанков правильнее начать не со Сбербанка, а с ВТБ. «В ВТБ это [сокращение доли государства] будет сделано раньше, потому что Сбербанк идет по более консервативному плану в связи с социальной ситуацией», – пояснил он. Андрей Костин отреагировал незамедлительно. «С учетом постепенного оживления российской экономики мы считаем правильным сокращение доли государства в капитале банка ВТБ, которая существенно возросла в ходе SPO в сентябре 2009 года», – сообщил он журналистам.

Еще одна животрепещущая тема – насколько глубоко инициативы президентов США и Франции по ужесточению правил игры для банковского бизнеса могут затронуть Россию. Конечно, многое будет зависеть от того, какие конкретно очертания примут заявленные реформы. Но, скорее всего, «негатива» для российской экономики ожидать не стоит. Едва ли пострадают и российские банки. В этом единодушны большинство отечественных экспертов.

«Российский банковский сектор значительно отличается от американского, – отметил глава ВТБ. – Думаю, что меры [по усилению банковского регулирования], которые будут предприняты в США, зеркального отражения в России иметь не могут. У нас другая экономика и другая роль банков: они в основном занимаются кредитованием реального сектора. В этом плане для нас [инициативы Обамы и Саркози] представляют интерес больше с научной точки зрения, чем с практической».

ТЕКСТ ВЛАДА ГОРБУНОВА



21 октября 2016

ВТБ снижает ставки по ипотечным кредитам

20 октября 2016

ВТБ снижает ставки по кредитам для компаний малого и среднего бизнеса в рамках программы Корпорации МСП