Рейтинг@Mail.ru Сайт ВТБ В начало
 
  В номере

№ 6 (18) 2008

| Корпоративные СМИ ВТБ


Тенденции

Тенденции

Сделки M&A
Сделки M&A
Купля-продажа банков

В ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ МИР СТАЛ СВИДЕТЕЛЕМ НЕСКОЛЬКИХ МАСШТАБНЫХ СЛИЯНИЙ И ПОГЛОЩЕНИЙ В БАНКОВСКОЙ ОТРАСЛИ. ТЕКУЩАЯ ДЕСЯТИЛЕТКА ОКАЗАЛАСЬ РЕКОРДНОЙ ПО ЧИСЛУ ПОДОБНЫХ СДЕЛОК КАК ВНУТРИ СТРАН, ТАК И НА МЕЖДУНАРОДНОМ УРОВНЕ. НАЛИЦО ТЕНДЕНЦИЯ К СОКРАЩЕНИЮ ОБЩЕГО КОЛИЧЕСТВА БАНКОВ В МИРЕ НА ФОНЕ СТРЕМИТЕЛЬНОГО РОСТА ЧИСЛА МЕЖДУНАРОДНЫХ СЛИЯНИЙ.

Банки Великобритании одними из первых стали активно участвовать в процессах онсолидацииВозрастающая конкуренция на рынках и появление финансовых гигантов усиливают давление на банки. Они, в свою очередь, рассматривают сделки M&A (от англ. mergers and acquisitions — «слияния и поглощения») как способ расширить свое присутствие на рынке, снизить цены и добиться быстрого роста доходов. Небезызвестный эффект «экономии на масштабах производства» позволяет достигнуть синергии затрат, превышающей 9%. Более того, по данным аналитиков, диверсификация компании или увеличение ее доли на рынке в результате сделки приводят к росту доходов фининститута на 3% и более. Благодаря слиянию банк расширяет свою клиентскую базу, получая в свое распоряжение наработки другого участника сделки. Эксперты подчеркивают, что особенно эффективными являются M&A компаний различной специализации — например, инвестиционного и розничного банков. Кроме того, сделки по слиянию и поглощению способствуют увеличению концентрации ресурсов кредитной организации и их наиболее эффективному использованию.

Консолидация по стратегии

В теории процесс слияния и поглощения представляется достаточно понятным, состоящим из пяти основных этапов. Это стратегическое планирование, определение целей, заключение сделки, переход и преобразование. Однако на практике все намного сложнее, процесс охватывает целый ряд взаимосвязанных и параллельно выполняемых участниками действий. Форма сделки M&A и ее эффективность зависят от множества факторов, в том числе и от географического положения банков-участников. Например, слияния и поглощения банков внутри одной страны проходят успешно на сильно фрагментированных рынках. Поэтому уровень консолидации рынка — существенный показатель при рассмотрении перспектив местных M&A. Распространенная стратегия таких сделок на внутреннем рынке — слияние двух банков для создания игрока национального масштаба. Однако осуществление большого количества сделок M&A в рамках одного государства противоречит антимонопольному законодательству, и многие фининституты вынуждены искать возможности для транснационального слияния. В случае с панъевропейскими слияниями и поглощениями национальный игрок должен вначале наладить зарубежные контакты, иногда формализуя их с помощью совместных предприятий или перекрестного владения акциями. Затем банк расширяет свое присутствие на рынке путем слияния с иностранным партнером или его поглощения, выходя тем самым на региональную арену. Лучший пример успешной реализации такой стратегии — история Banco Santander Central Hispano. Он вошел в двадцатку мировых банков-лидеров благодаря расширению своего присутствия на рынках розничных банковских услуг Испании, Португалии, Германии и Италии.

Банк UniCreditПоглощение по-английски

Одним из первых рынков, по которому прокатилась волна слияний внутренних банков, стала Великобритания. В 2000 году в стране было заключено несколько крупных соглашений M&A, значительно изменивших облик национальной банковской системы. Началось все еще в 1999 году, когда Bank of Scotland подал заявку на приобретение третьего по величине фининститута государства — NatWest. При этом капитализация потенциального покупателя была почти в три раза ниже рыночной стоимости желаемой покупки. NatWest, чтобы защититься от враждебного поглощения, объявил о планах по дружественному слиянию со страховой компанией Legal and General на сумму 10,7 млрд фунтов стерлингов. Однако этим планам не суждено было сбыться. В игру включился еще один крупный банк Соединенного Королевства — шотландский Royal Bank of Scotland (RBS). Цена, предложенная им за NatWest (21 млрд фунтов стерлингов), не оставила английскому банку шансов на сохранение самостоятельности. В 2000 году NatWest перешел под контроль Royal Bank of Scotland. Несостоявшийся покупатель Bank of Scotland также не остался в долгу: год спустя он объединился с Halifax, крупнейшим на тот момент ипотечным банком Великобритании. Совместная компания была названа HBOS (Halifax Bank of Scotland). По условиям соглашения головной офис оставался в Эдинбурге, при этом использовались оба бренда. Сегодня HBOS — пятый по величине финансовый институт Великобритании.

В том же 2000 году третий крупнейший банк Британии Barclays приобрел конкурента Woolwich за $8,1 млрд. Одной из важнейших причин поглощения стал ожидаемый Barclays успех от совместной деятельности в области электронной коммерции. На момент покупки ипотечный Woolwich считался ведущим «мобильным» банком в Европе, имевшим большой опыт в организации интернет-банкинга. Это сулило Barclays значительные преимущества в области бизнеса в Сети.

Одной из крупнейших сделок M&A стало поглощение группой RBS банка ABN AmroCapitalная сделка

На европейском финансовом рынке в начале 2000 годов также были зафиксированы крупные сделки по слиянию и поглощению. Так, в 2002 году Deutsche Bank усилил позиции в области частного банковского дела путем приобретения Rued Blass & Cie, Noris Bank и Berliner Bank. А до этого в 1999 году во Франции BNP подал заявку на приобретение Paribas, в результате чего был создан крупнейший финансовый институт еврозоны BNP Paribas.

Сегодня широкие возможности для внутренней консолидации предоставляют фрагментированные рынки таких стран, как США, Италия или Испания, где более 50% рынка контролируют девять-двенадцать крупных банков. Одно из наиболее успешных внутренних соглашений по M&A было заключено в прошлом году в Италии, когда агрессивная компания-«хищник» UniCredit поглотила своего менее крупного конкурента Capitalia.

Претендентов на покупку Capitalia было немало. Компания вела переговоры с Banca Intesa, однако в 2006 году Intesa объявила о сделке с SanPaolo IMI. Тогда Capitalia приступила к переговорам о продаже бизнеса с ABN Amro, своим крупнейшим акционером, которому на тот момент принадлежал 31% акций. Но в итоге итальянский банк достался захватчику UniCredit, которому эта сделка стоила недешево. Компания согласилась отдать 1,12% своих акций для покупки Capitalia. Многие специалисты считают эту цену завышенной. В результате поглощения на сумму $28,9 млн был создан второй крупнейший банк в Европе. Вскоре после завершения сделки руководитель Capitalia Маттео Арпе подал в отставку. Он пришел в банк летом 2003 года, когда Capitalia находился на грани банкротства. Грамотное управление кредитной компанией позволило Маттео Арпе вывести ее на стабильный положительный финансовый уровень. Считается, что главной причиной ухода топ-менеджера стал конфликт с нынешним президентом банка Чезаре Геронци, вызванный разногласиями по стратегии слияния банков.

Поглощение Capitalia получило поддержку со стороны итальянского правительства. Премьер-министр Романо Проди назвал сделку крайне важной для страны в условиях развития глобализации. Новый банк стоимостью более 100 млрд евро продолжил деятельность, сконцентрировавшись на своих основных рынках: Италии, Германии, Австрии, а также Центральной и Восточной Европе. Расширенная клиентская база кредитной организации составила 20 млн клиентов в 17 государствах. Однако данная сделка — не последний шаг в продолжающемся расширении UniCredit, как неоднократно заявлял его глава Алессандро Профумо. Некоторые эксперты предсказывают скорое слияние UniCredit с французским Societe Generale.

Финансовые гиганты

Панъевропейские слияния и поглощения традиционно проводятся поэтапно, начинаясь с соглашений о стратегическом партнерстве и небольших приобретений. Масштабные слияния — исключение из правила. Впрочем, ситуация меняется, и, по прогнозам экспертов, в ближайшее время фининституты Европы пройдут тот же путь, что и США, где консолидация привела к появлению финансовых гигантов уровня Citigroup, Bank of America и JP Morgan.

Это предположение не лишено оснований, учитывая тот факт, что в прошлом году произошла крупнейшая за всю историю финансового бизнеса сделка M&A. Объектом поглощения стал крупнейший банк Европы — голландский ABN Amro. Гонка за обладание этим фининститутом началась в 2007 году, когда компания объявила о своих намерениях по слиянию или продаже части активов. На тот момент ABN Amro уже изрядно ослабел, финансовые итоги его деятельности были неудовлетворительными, банк находился под постоянным давлением инвесторов, склонявших руководство к продаже фининститута.

Первым на предложение откликнулся английский Barclays. Сделка по слиянию с ABN Amro обещала привести к созданию второго по величине банка Европы и шестого в мире с рыночной стоимостью 130 млрд фунтов стерлингов. В апреле прошлого года Barclays официально объявил о планах слияния с ABN. Сумма сделки оценивалась в $90 млрд. По условиям соглашения, американский банк LaSalle, принадлежащий ABN, продавали Bank of America за $21 млрд.

BNP ParibasОднако буквально через несколько дней после объявления о сделке, в игру вступил Royal Bank of Scotland. Он предложил голландцам условие, по которому заявку на покупку подавал консорциум банков, включающий RBS, бельгийский Fortis и испанский Santander. В результате международные активы банка оказались бы поделены. Предполагалось, что к RBS отошли бы LaSalle и отделение ABN в США, к Santander — бразильские и итальянские активы, а голландские активы достались бы Fortis. Сумма сделки, озвученная консорциумом, достигала $98 млрд. Это превышало цену Barclays.

Сотрудники ABN негативно отнеслись к предложению Royal Bank of Scotland. Деление активов банка, предлагаемое консорциумом, привело бы к массовым увольнениям голландских служащих банка, поскольку у ABN и Fortis совпадали зоны деятельности. Условия сделки, предложенные Barclays, в свою очередь, не устраивали миноритарных акционеров ABN. Они были против продажи американского LaSalle. В мае 2007 года голландская организация по защите прав акционеров VEB при поддержке акционеров ABN, владеющих более 20% долей банка, подала прошение в амстердамский суд о судебном запрете на продажу LaSalle и выиграла дело. Однако вскоре Верховный суд Голландии отменил данное решение.

В конце июля прошлого года Barclays продал 10% своих акций азиатским инвесторам, получив возможность увеличить предложение о покупке ABN Amro до $93,1 млрд. Но эта сумма была меньше той, которую предлагал консорциум во главе с RBS. В октябре 2007 года Barclays признал свое поражение и отозвал заявку на приобретение ABN. Точка в крупнейшем процессе поглощения за всю историю банковской системы была поставлена 9 октября, когда владельцы 86% акций голландского банка приняли предложение группы RBS.

Трансатлантические слияния

Для европейских кредитных организаций особенно привлекательным является финансовый рынок США. Его доходность, объемы и высокий уровень фрагментации побуждают банки к новым сделкам M&A. Например, Royal Bank of Scotland в период 1988 — 2004 годов осуществил 26 поглощений на территории США, став пятым банком в мире по рыночной капитализации. Трансатлантические слияния продолжил HSBC, который в 2002 году приобрел чикагскую компанию Household International Inc. за $15,4 млрд. Вслед за ним французский BNP Paribas купил 55-процентную долю BancWest Corp. из Гонолулу, а затем и United California Bank за $2,4 млрд. Кроме того, BNP Paribas усилил свое присутствие на рынке, купив акции Community First Bank в 2004 году и Commercial Federal в 2005. Аналитики сходятся во мнении, что количество сделок M&A с участием европейских банков в США еще долгое время будет превышать число сделок с участием американских банков за пределами Америки.

Отметим, что среди слияний между банками Европы и США немало неудачных сделок. К примеру, приобретение банком Credit Suisse First Boston американского финансово-инвестиционного холдинга Donaldson, Lufkin & Jenrette вызвало множество трудностей у участников операции, включая высокую текучесть кадров, сложности с интеграцией корпоративных культур и жалобы клиентов на неудовлетворительное обслуживание. С аналогичными проблемами столкнулись в 1999 году Deut-sche Bank и Bankers Trust, договорившиеся о слиянии. Однако эксперты придерживаются мнения, что европейские банки сумели извлечь урок из неудачного опыта. Теперь они предпочитают покупать розничные структуры, а не высокорисковые корпоративные кредитные организации.

JPMorganChaseИтоги M&A

Большинство сделок M&A оказываются в итоге не такими успешными, как ожидается. Два из трех слияний и поглощений в конце прошлого века оказались неудачными, гласят результаты исследования, проведенного журналом The Economist. При этом вероятность успеха крупных сделок ниже, чем менее масштабных. 50% крупных слияний, осуществленных с 1990 года, сопровождались снижением доходов акционеров. Такие данные в 2003 году обнародовала компания Merill Lynch. Провальные итоги сделок M&A обуславливаются разными причинами. Зачастую к печальному финалу банков — участников сделки приводят потери важных сотрудников и клиентов или утрата доверия со стороны рынка. Скрытые угрозы, неконтролируемые затраты, нереализованные преимущества и даже культурологические барьеры могут привести к краху даже самые многообещающие M&A-начинания. В то же время успешная сделка по слиянию и поглощению приносит ее участникам огромные дивиденды. Наиболее удачные операции являют собой следствие рациональных стратегических решений, принятых задолго до самой сделки, и последующей эффективной интеграции приобретенной компании. Жесткая конкуренция на мировых финансовых рынках способствует тому, что большинство кредитных организаций рассматривают и планируют сделки M&A с целью расширения географии своего присутствия и увеличения капитализации. Несмотря на все сложности осуществления таких операций, инструмент M&A широко используется участниками рынка для создания игроков международного масштаба.

ТЕКСТ ЛАРИСА БЕЛЯЕВА


 

Добавить комментарий

Имя: *
Фамилия: *
E-mail: *
Текст: *
Введите код: *
 


21 октября 2016

ВТБ снижает ставки по ипотечным кредитам

20 октября 2016

ВТБ снижает ставки по кредитам для компаний малого и среднего бизнеса в рамках программы Корпорации МСП