Рейтинг@Mail.ru Сайт ВТБ В начало
 
  В номере

№ 3 (15) 2008

| Корпоративные СМИ ВТБ


Национальный масштаб

Положительная динамика
«Мы хотим стать лидерами на российском рынке инфраструктуры»

ЗА ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ ИНФРАСТРУКТУРНЫЙ РЫНОК В РОССИИ ЗНАЧИТЕЛЬНО ВЫРОС, БЛАГОДАРЯ МОЩНЫМ ИНВЕСТИЦИЯМ СО СТОРОНЫ ПРАВИТЕЛЬСТВА И ЧАСТНОГО БИЗНЕСА. ОЛЕГ ПАНКРАТОВ, НЕДАВНО СТАВШИЙ РУКОВОДИТЕЛЕМ ДЕПАРТАМЕНТА ФИНАНСИРОВАНИЯ ИНФРАСТРУКТУРНЫХ ПРОЕКТОВ БАНКА ВТБ ЕВРОПА (ЛОНДОН), РАССКАЗЫВАЕТ О ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ВТБ НА АКТИВНО РАЗВИВАЮЩЕМСЯ РЫНКЕ ИНФРАСТРУКТУРЫ.

Вы недавно возглавили департамент финансирования инфраструктурных проектов Банка ВТБ Европа, есть ли у вас стратегическое видение этого бизнеса, скажем, в перспективе пяти лет?
У нас есть глобальный план. Мы хотим стать лидерами на российском рынке инфраструктуры, что предполагает в том числе и частно-государственное партнерство (ЧГП). Мы обладаем уникальными возможностями для того, чтобы этого достичь. Ни у одного из российских банков нет такой опытной команды, как у нас. Сейчас в нашей команде семь профессиональных руководителей высшего звена и группа признанных аналитиков, порядка десяти человек.
Я сам на этом рынке уже десять лет, все остальные члены команды также приобрели богатый опыт деятельности в банковской сфере, работая с такими банками, как Sociеtе Gеnеrale, Royal Bank of Canada, ABN Amro, Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР). У нас четыре русскоговорящих руководителя высшего звена. Среди российских фининститутов мы занимаем особое положение, поскольку нам удалось привлечь самых опытных и талантливых специалистов. По сравнению с другими инвестиционными банками у нас больше сотрудников, говорящих на русском языке. Я не думаю, что в каком-либо другом банке четыре руководителя, говорящих на русском языке, занимаются сделками проектного финансирования.

В настоящее время транспортная сфера наиболее остро нуждается в инвестицияхНасколько наличие крупного материнского банка помогает вашим амбициозным планам?
То, что ВТБ — второй по величине банк России, плюс факт, что основной наш акционер — правительство, а также то, что наши клиенты находятся во многих городах и районах РФ, все это создает ситуацию, когда нельзя не воспользоваться своими преимуществами на рынке частно-государственных партнерств, который в настоящее время складывается в России.

Это звучит очень оптимистично, на чем основана ваша уверенность?
В течение долгого времени в инфраструктуру страны не делались капиталовложения, особенно это характерно для 1990-х годов в связи с экономическим спадом. Сейчас правительство планирует вложить около $1 трлн в ближайшие десять лет, что на первый взгляд представляется огромной суммой. Но если посмотреть на эти инвестиции в процентном отношении к ВВП, то они окажутся не такими уж значительными по сравнению с теми объемами, которые вкладываются в других государствах.
Российское правительство заявило, что большая часть этих денег — около 80%, должна быть привлечена в результате создания частно-государственных партнерств, где частный сектор (в сотрудничестве с государственными органами власти, к примеру, региональным правительством) предложит конкретные программы. Первоочередными проектами для ЧГП станут те, в которых частный сектор будет коммерчески заинтересован и для которых он сможет привлечь финансирование на более выгодных условиях, чем государственный сектор.
Частно-государственные партнерства позволят государству использовать международный опыт финансирования и строительства подобных проектов. При этом будут привлекаться фирмы, обладающие опытом проектирования, управления проектом и выполнения работ под ключ. Вот в чем явное преимущество частно-государственных партнерств. На практике ЧГП во всем мире уже доказали свою эффективность в организации снабжения.
Еще одним преимуществом партнерства является тот факт, что государству не нужно вкладывать деньги. Оно получает готовое решение.
При этом оно переносит и риски, связанные с проектом, на частный сектор. Например, риск того, что владельцы автомобилей не будут пользоваться построенной дорогой или что построенная школа или больница станут не по карману детям или их родителям.

Разумное решение для обеих сторон. Как давно российское правительство участвует в частно-государственных партнерствах?
История такова. Впервые правительство начало присматриваться к ЧГП в 1990-х годах. Но правовые аспекты вопроса не были достаточно проработаны, поэтому заключавшиеся в то время сделки по сути не являлись частно-государственными партнерствами. По-настоящему серьезный прорыв в данном направлении произошел в 2005 году, когда российское правительство приняло Закон о концессиях. В результате были созданы правовые рамки, позволяющие частному бизнесу нести полную ответственность за проектирование и строительство объекта, сдачу его государству, а затем за функционирование данного объекта с правом получения экономической выгоды в течение определенного времени.
Закон уточнил роль государства в обеспечении проектов с участием частно-государственных партнерств, в нем подробно изложено, как данные партнерства должны быть организованы, насколько прозрачна должна быть их деятельность, как не допустить дискриминации по отношению к другим участникам проекта. Кроме того, в законе оговорено право собственности на такие объекты, изложены права концессионера — в частности, право на управление объектом и получение экономической выгоды.

Олег Панкратов, руководитель департамента финансирования инфраструктурных проектов Банка ВТБ Европа (Лондон)Закон о концессиях — это абсолютно новый правовой акт или он основан на опыте других стран?
Конечно, он базируется на международной практике. Я полагаю, в большей степени заимствован опыт европейских стран, главным образом Великобритании, где рынок частно-государственных партнерств является одним из самых развитых в мире.

Итак, Закон о концессиях принят в 2005 году. Не могли бы вы рассказать о сделках с участием частно-государственных партнерств, заключенных с того времени?
тХороший вопрос. До сих пор на рынке не было заключено ни одной сделки, но в настоящее время идет тендер по пяти проектам. Это строительство Западного скоростного диаметра (8-полосная автострада протяженностью почти 45 км, которая к 2015 году соединит Санкт-Петербург с действующими трассами на Хельсинки и Москву), Орловского тоннеля (под Невой в Санкт-Петербурге, который обеспечит прохождение международных судов), автострады Москва — Санкт-Петербург (платная дорога протяженностью 650 км), строительство новой трассы между автомагистралью М1 Москва — Минск и МКАД, а также надземной линии метро в Санкт-Петербурге. Тендер по проекту автодороги Москва — Санкт-Петербург идет уже полтора года. Его первоначальная стоимость оценивалась в 100 млрд руб. ($4 млрд). На мой взгляд, это будет самая крупная сделка с участием частно-государственного партнерства в мире. Данный проект предполагает строительство платной дороги, то есть очевидна финансовая выгода. А для того чтобы оценить ее масштабы, важно просчитать загруженность будущей дороги автотранспортом.

Почему же эта сделка так долго не запускается?
Это длительный и трудный процесс. Вы полагаете, что если есть правовая основа, то мы теперь начнем заключать сделки? Но частно-государственное партнерство — это вещь, требующая времени. Во-первых, государственным органам власти нужно время для подготовки тендера, поскольку всем потенциальным участникам тендера надо предоставить всю необходимую информацию, чтобы они смогли сделать соответствующие заявки. Если они будут обладать неполным объемом сведений, им придется заложить в оценку некоторые риски, которые, естественно, поднимут стоимость работ или повлияют на их качество. Во-вторых, людям требуется время на изучение предоставленной информации и формулирование своих предложений, а кредиторам, представляющим финансовую сторону сделки, — на оценку этих предложений и принятие решения о предоставлении средств.
Если взять автостраду Москва — Санкт-Петербург, сумма в $4 млрд была официально заявлена как стартовая. Теперь, я полагаю, она уже приблизилась к $8 млрд, что потребует привлечения помощи международных и российских кредитных организаций, Российского банка развития, ЕБРР и МФК. Скорее всего, все эти организации станут участниками данного проекта. Поэтому даже финансовая сторона операции представляет собой значительный интерес, поскольку придется уравновешивать интересы всех участников.

Банк ВТБ Европа заинтересован в проектах строительства транспортной структурыБудет Банк ВТБ Европа играть какую-либо роль в этих сделках?
Проблема заключается в том, что мы принимаем определенное участие в таких операциях, но я не могу комментировать нашу роль, так как эти вопросы представляют коммерческую тайну. Проекты, по которым в настоящее время объявлен тендер, предполагают строительство трех дорог, одного тоннеля и одной линии надземного метро, то есть все они относятся к транспортной сфере, которая в настоящее время наиболее остро нуждается в инвестициях. Но мы также заинтересованы и в программах, направленных на развитие социальной инфраструктуры. Несомненно, частный сектор становится все более активным, а государство — все более заинтересованным. Мы работаем над пилотным проектом в области образования, но пока я не могу назвать ни конкретный регион, ни раскрыть другие подробности.

Вы говорили об уникальном положении Банка ВТБ Европа, можно остановиться на этом подробнее?
Мы неординарно подходим к такого рода сделкам. Наш подход необычный, но вполне централизованный. Если наш банк является основным участником, это означает, что мы заинтересованы в предоставлении всех капитальных проектов. Мы стремимся предоставлять «старшие» кредиты и капитал концессионеру (или группе концессионеров, участвующих в тендере). Поэтому стараемся играть на стороне концессионеров и хотим найти их как можно больше, но при этом мы заинтересованы в долевом участии в капитале. Мы также предоставляем концессионерам консультационные услуги, обеспечивающие им наилучшие финансовые условия. Наша позиция, как я сказал, неординарна и уникальна, поскольку мы редко работаем с одним участником тендера, предпочитая консультировать и финансировать некий консорциум.

Существуют ли какие-либо секторы, где банк ВТБ наиболее заинтересован в своем участии?
Наша команда занимается финансированием и инвестированием в проекты с участием частно-государственных партнерств, поэтому, естественно, мы ищем сделки именно в данной сфере. Конечно, мы заинтересованы в транспорте, но наше внимание распространяется и на социальную инфраструктуру. В целом мы ожидаем, что количество проектов с участием ЧГП будет расти. Нам также интересны распределительные сети и, возможно, местные электростанции. Для нас крайне важен показатель соотношения риска и вознаграждения. Финансирование частно-государственных партнерств, на мой взгляд, менее рискованно, чем финансирование чисто частных компаний в России, поэтому мы стремимся к среднему уровню рисков. Мы вполне конкурентоспособны в финансировании данного сегмента рынка.
В принципе нет областей, где бы мы не работали, но существуют некоторые риски, которые не совсем желательны для нас. Если мы не уверены в будущей успешной деятельности какого-либо актива, к примеру, конкретной электростанции, мы не станем участвовать в этом проекте. Кроме того, такого рода проекты должны инициироваться в экономически развитых регионах или городах, хотя, конечно, мы много кредитуем по всей России и работаем почти во всех регионах страны. Однако у нас есть конкретные требования. Так, например, регион должен обладать значительным бюджетом и серьезными мощностями, позволяющими ему оплатить данные инфраструктурные сделки.
Мы открыты для любых предложений, при этом проект должен нести приемлемые для банка риски и в нем должны участвовать приемлемые для нас по своей кредитоспособности партнеры.

Выставочный макет Орловского тоннеля, который будет построен в Санкт-ПетербургеРассматривает ли Банк ВТБ Европа какие-либо инфраструктурные проекты в странах СНГ?
Мы пока новая команда в Банке ВТБ Европа, поэтому в данный момент хотели бы сконцентрироваться на России, хотя мы отмечаем положительный потенциал в государствах Содружества и, несомненно, будем работать там. Но полагаю, что в данный момент Россия является единственной страной, обладающей правовой платформой для подобных проектов и развивающимся рынком. Помимо тех пяти проектов, по которым уже объявлен тендер, мы знаем еще о других (например, по строительству трубопровода) и намерены играть соответствующую роль во всех этих сделках. Мы оказались здесь в нужное время, если иметь в виду принятие Закона о концессиях. Отдельный Закон о частно-государственных партнерствах принят в Санкт-Петербурге на местном уровне, в конце прошлого года принят закон, где появилось понятие «платная дорога». Конечно, поначалу Закон о концессиях был далек от идеального, да и трудно сделать закон таковым с первого раза. Сейчас работа по его совершенствованию продолжается с тем, чтобы обеспечить увеличение числа проектов с участием ЧГП.

Чем оправдывается ваш оптимизм и уверенность вашей команды относительно нового развивающегося рынка?
Мы видим признаки того, что это будет динамичный рынок. Мы знаем, что государству нужно вложить более $1 трлн, поскольку сфера инфраструктуры крайне недофинансирована. Из всех банков на данном рынке, я думаю, ВТБ единственный, кто наиболее серьезно отнесся к этому и кто обладает уникальной стратегией с точки зрения основного участника, финансиста и поставщика капитала. Я уверен, мы добьемся успеха и станем лидерами на этом рынке.

Как, по вашему мнению, будет определяться стоимость сделок с участием частно-государственных партнерств по сравнению с аналогичными операциями за рубежом?
Стоимость проектов — это наиболее привлекательный аспект для банков-участников. Причина кроется в том, что если сравнивать с европейскими государствами, то гарант — государство, обладает существенно более низкими рейтингами. У нашего государства нет «ААА» рейтинга, поэтому риски по данным сделкам воспринимаются как более высокие, хотя Россия и обладает инвестиционным статусом. Тем не менее они являются вполне приемлемыми. Это означает, что стоимость данных сделок, несомненно, будет отражать низкие рейтинги России. Если посмотреть, практически по всем инфраструктурным проектам гарантом выступает либо крупный российский город, либо Российская Федерация. По автомобильным проектам, к примеру, это РФ, а по региональным программам гарантом выступают власти городов. Возможны и смешанные варианты, когда гарантами будут и федеральные, и местные органы власти.

Вас волнует конкуренция со стороны международных банков, которые увеличивают свое присутствие на рынке, стремясь воспользоваться его огромным потенциалом и привлекательными ценами?
Конечно, многие международные коммерческие банки стремятся участвовать в подобных проектах. Проектное финансирование — обычная практика для банков. Но в соответствии с Законом о концессиях все платежи должны осуществляться в местной валюте, то есть в рублях, что дает местному банку несомненное преимущество с точки зрения возможности предоставления финансирования. Некоторые международные кредитные организации уже открыли свои отделения в России и могут предоставлять финансирование в рублях, но не в том объеме, который требуется по таким проектам. Что опять-таки дает нам преимущество, поскольку мы обладаем огромными возможностями на рублевом рынке. Кроме того, иногда возникают сделки, где только одной местной валюты оказывается недостаточно. В таком случае необходимо применить некоторые инструменты хеджирования с тем, чтобы застраховаться от рисков разницы валютных курсов при конвертировании рублей в доллары, например, или в евро, или в иную иностранную валюту.
А мы будем рады предоставить такого рода хеджирование, а также выступить в качестве андеррайтера кредитов в иностранной валюте.

Ваша команда находится в Лондоне. Почему?
Нахождение в Лондоне крайне важно для успеха нашего бизнеса, поскольку крупные операции всегда синдицируются, требуя участия инвестиционных банков. Тот факт, что мы находимся в Лондоне, открывает нам доступ к рынку банковских услуг и к крупным инфраструктурным фондам, которые стоят за этими сделками. Мы можем наиболее эффективно и на выгодных условиях инвестировать средства в данные сделки, что еще заметнее выделит нас среди других российских банков. Наше положение уникально еще и потому, что мы обладаем региональной сетью своих подразделений по всей России и можем действовать как связующее звено между двумя рынками.
Для нас крайне важно присутствовать на лондонском рынке, если нам предстоит предоставлять услуги по хеджированию. Мы сможем торговать данными инструментами хеджирования, а также формировать синдикаты банков для привлечения средств в различных валютах.

Будет ли использован рынок рублевых облигаций для финансирования таких сделок?
Облигации имеют наиболее длительные сроки погашения, а предполагаемые проекты тоже, как правило, долгосрочные. Я уверен, что очень скоро рынок облигаций станет оптимальным источником привлечения финансирования для данных сделок, и мы, являясь лидерами на рынке рублевых облигаций, безусловно, этим воспользуемся.

Прошло три года после принятия Закона о концессиях, когда вы ожидаете заключения первых сделок?
Уже в этом году будут объявлены победители тендеров по некоторым крупным проектам, ожидается появление и нескольких более мелких. Полагаю, что по некоторым из крупных сделок в начале будущего года, а возможно, и в текущем, будут решены основные финансовые вопросы. В любом случае, это долгосрочный бизнес, и наши конкурентные позиции здесь уникальны.

ТЕКСТ МАРИЯ ЗАРЕМБО


 

Добавить комментарий

Имя: *
Фамилия: *
E-mail: *
Текст: *
Введите код: *
 


21 октября 2016

ВТБ снижает ставки по ипотечным кредитам

20 октября 2016

ВТБ снижает ставки по кредитам для компаний малого и среднего бизнеса в рамках программы Корпорации МСП