Рейтинг@Mail.ru
Для частных лиц: Интернет-банк
Выберите ваш город:
Москва
Справочная служба банка ВТБ
8 (800) 200-77-99
Бесплатный звонок по России
8 (495) 739-77-99

Андрей Костин: «Решение Евросоюза было чисто политическим, они хотели наказать Кипр»

 
23.03.2013

— Представим гостя нашей студии. Андрей Костин, глава ВТБ, член высшего совета партии «Единая Россия». Здравствуйте, Андрей Леонидович.

— Здравствуйте.

— Андрей Леонидович, у многих зрителей вызывает раздражение эта кипрская ситуация. Понятно, что речь идёт о толстосумах, больших корпорациях. Почему рядовому россиянину нужно следить за этой ситуацией?

— Главная опасность в том, что проблема Кипра может привести к разрастанию финансовой и банковской долговой проблемы Европы, что в конечном итоге может сказаться на финансовой стабильности во всём мире. Мы хорошо помним, как когда-то произошёл крах мало кому известного в то время банка Lehman Brothers, а через 2 года мы имели 7,5% падения валового внутреннего продукта.

— В России.

— Да, в России. Я думаю, что в этом случае такого не произойдёт, но налицо явное обострение кризиса в Европе, а это плохо для России. Европа — наш крупнейший торговый партнёр, инвестор.

— Крайне обеспокоены всей этой историей Россия с российским рублём и Британия с английским фунтом. Вчера Путин и Кэмерон созванивались. Но у британцев проблема связана с тем, что рядовые британские вкладчики, в частности пенсионеры, держат на Кипре деньги. У нас речь всё-таки о действительно крупных корпорациях. А кто ещё в России держит деньги на Кипре? Очень много разговоров про коррупционные схемы…

— Вы знаете, люди из списка Forbes деньги на Кипре не держат. Они предпочитают более привилегированные юрисдикции — такие, как Швейцария, Великобритания, Люксембург. Думаю, если брать предпринимательский класс — и московский, и региональный,  то для них это достаточно серьёзные испытания, их интересы могут быть серьёзно затронуты.

— Я слышал, что примерно 130 млрд российских денег зашло на Кипр, 120 вернулось, ведь Кипр, как ни странно, является крупнейшим внешним инвестором Российской Федерации. А вот эти 10 лежат в том числе в вашем банке? Что у вас на Кипре?

— У нас там полноценный банк. Более того, этот банк — третий по величине, самый крупный иностранный банк, и по существу самый крупный сегодня здоровый банк, который работает с хорошей прибылью. Мы работаем в основном с российскими клиентами, с крупными корпорациями. Среди них и с государственным участием, и частные. Большая часть российских компаний зарегистрирована на Кипре, мы шли за клиентом и сейчас активно обслуживаем интересы тех компаний, которые там работают. 

— Если сейчас Кипр будет на глазах разваливаться, а судя по всему, всё к этому идёт, какой бы сценарий ни выбрали, вы оттуда уйдёте? Наступит деофшоризация российской экономики?

— Деофшоризация — очень важная тема. Мне кажется, начинать её надо даже не с финансов, а всё-таки с регистрации собственности. В силу разных причин в основном в 90-е годы большинство российских компаний регистрировались на Кипре, хотя производство находилось, скажем, в Нижнем Тагиле. Деньги легко увести, а землю и фабрики не уведешь. Поэтому, прежде всего, деофшоризация должна идти по этой части. Тогда и финансы, и деньги подтянутся именно сюда. Возможности для этого есть. Сегодня Россия, её банковский сектор, и финансовый, это не то, что было 10–15 лет назад. Сегодня мы в состоянии полностью обслуживать наших клиентов с российской площадки. Мы создаём международный финансовый центр в Москве, поэтому для этого есть все возможности.

— Андрей Леонидович, откройте секрет. Вы же присутствовали на переговорах с киприотами, предлагали они базу или нет?

— Я участвовал в финансовых переговорах. Надо сказать, мне жалко киприотов, это миролюбивый народ, прекрасно относящийся к России. Их, конечно, подставили. Решение Евросоюза, и прежде всего Германии, было чисто политическим. Они хотели наказать Кипр, они хотели ликвидировать экономику Кипра, и они практически пытаются это сделать. Посмотрим на результаты тех мер, которые приняты, какие будут последствия, как будет развиваться ситуация. Кризис всегда кажется жутким в первый день. Мы ветераны двух российских финансовых кризисов.

— Если обращаться, то к нам.

— Да, мы понимаем, как работать в кризис. Мы не хотели бы сегодня говорить, что обязательно уйдём с Кипра. Мы будем работать там, где работают российские компании, но вектор, конечно, должен быть на то, чтобы развиваться в основном здесь.

— Я оценил ваш вираж по поводу базы, оставим её за скобками, не ваша специализация. Но киприоты ещё предлагали газовые месторождения на шельфе, строго говоря, на спорной с Турцией территории — по крайней мере, в некоторых секторах. Ещё они предлагали банки.

— Вы знаете, почему говорят, что Кипр подставили? Половину денег, которые сегодня требуются на реструктуризацию банковского сектора, киприоты потеряли из-за реструктуризации долгов Греции, которая шла под эгидой Европейского союза. Если бы киприоты не ожидали, что им будет оказан такой же пакет помощи, как Греции, они могли начать переговоры, скажем, летом прошлого года с Россией, с другими инвесторами и, возможно, найти эти деньги. Но представляете, когда приезжают люди и говорят: «Нам завтра нужно 5–6 млрд евро, у нас есть нечто, подо что дать», ни один ответственный политик или бизнесмен не может сказать: «Я вам даю деньги сегодня, а завтра я получу некие активы, о которых сегодня первый раз услышал».

— Я предполагаю, что вы были членом КПСС.

— Был, конечно.

— Не удивило вас, что вдруг из буржуазного Брюсселя пришло предложение, по сути, экспроприации?

— Абсолютно. Подобные меры — экспроприация собственности — были приняты в октябре 1917 года в России. На примере Кипра впервые нарушен базовый принцип — сохранность депозитов в здоровых банках, который не нарушался ни при одном кризисе: ни при российских кризисах, ни при американских, ни при общемировых. Поэтому прецедент очень опасный, он подрывает доверие к банковской системе. И доверие — его создаешь, создаешь, потом одним таким волевым решением это доверие можно потерять.

— Мир перевернулся.

— Нет, мир, конечно, не перевернулся, более того, надо идти дальше, надо развиваться. Российская экономика всё-таки достаточно твёрдая. Даже те люди, которые потеряют эти деньги на Кипре, могут их заработать, приумножить, инвестировать в Россию, поэтому я думаю, что жизнь продолжается, и слава Богу.

— Но политически все очень интересно. Спасибо. Андрей Костин, глава группы ВТБ, в которую входит банк на Кипре.

Все публикации раздела



Подписка на новости группы ВТБ
  • Почтовая рассылка
  • Лента RSS
    Подписаться
    Подписаться
Загрузка списка городов.....