Рейтинг@Mail.ru
Для частных лиц: Интернет-банк
Выберите ваш город:
Москва
Справочная служба банка ВТБ
8 (800) 200-77-99
Бесплатный звонок по России
8 (495) 739-77-99

Андрей Костин: «Маленькими шажками к большой цели»

 
11.09.2012

Андрей Костин на открытии пленарного заседания АТЭС @ РИА Новости, Григорий Сысоев

— Деловой саммит АТЭС в этом году проходит под девизом «Отвечай на вызовы, расширяй возможности». Начнем с первой части. Несомненно, сейчас главный вызов — это европейские финансовые долговые проблемы. В связи с этими проблемами есть ли какой-то скепсис у российских банкиров, у мировых финансистов в отношении других региональных интеграционных процессов?

— Вы совершенно правы — вызовы, которые существуют в Европе, отражаются и на других регионах. Хотя надо признать, что Азиатско-Тихоокеанский регион в нынешних условиях наиболее динамично развивающийся. В определенной степени это мировая надежда на то, что все-таки рост будет обеспечен — прежде всего, за счет тех стран региона, которые можно назвать двигателями мировой экономики. Озабоченность, конечно, есть. Например, впервые мы так подробно здесь обсуждаем валютно-финансовую тему. Бизнес-сообщество высказалось за создание финансового форума, который сделал бы постоянным механизм обсуждения и выработки рецептов регулирования валютно-финансовой кредитной сферы именно в рамках АТЭС, чего раньше не было.

— Тогда коснемся второй части девиза этого саммита — «расширяй возможности». За счет чего, как вы считаете, Россия может расширить свои собственные возможности в Азиатско-Тихоокеанском регионе? И в чем главный интерес России? Это какие-то дешевые доступные финансовые ресурсы? Может быть, выход на новые рынки? Либо какая-то помощь в реализации транспортно-логистической инфраструктуры?

— И первое, и второе, и третье. Этот регион, еще раз повторю, быстрорастущий. Мы можем говорить и об экспорте продуктов питания в эти страны, и об экспорте энергии — и не только углеводородов, но и электроэнергии. Россия может выиграть и заработать, если она сумеет занять достойное место как транспортный коридор в торговле между Азиатско-Тихоокеанским регионом и Европой. На самом деле это то, чего мы сегодня не используем.

«Россия может выиграть и заработать, если сумеет занять достойное место как транспортный коридор в торговле между Азиатско-Тихоокеанским регионом и Европой.»
Андрей Костин,
президент-председатель правления ВТБ

Роль региона совершенно неадекватна тем возможностям, которые у региона имеются. Всем известно, что это регион, где производится более половины валового внутреннего продукта всего мира. Доля в торговле России составляет около четверти. Поэтому потенциал огромен. Наши соседи — крупные страны с быстрорастущими экономиками. Прежде всего, Китайская Народная Республика, ряд других стран — Индонезия, Вьетнам, Корея. Все эти страны потенциально являются очень крупными партнерами. И я думаю, что мы все-таки начинаем поворачиваться лицом к этому региону. Думаю, что для России это крайне важно и как фактор комплексного развития огромной части нашей территории — Сибири и Дальнего Востока, которые не так развиты как европейская часть, но потенциально имеют очень большие возможности.

— До кризиса достаточно много говорили о так называемом декаплинге, то есть о разделении трендов развития в мировой экономике. Вопрос состоял в том, сможет ли блок бурно развивающихся стран оставаться в роли всемирного локомотива, даже если накроет вторая волна кризиса, про которую много говорят, и в развитых странах начнётся стагнация.

— Мне кажется, истина посередине. С одной стороны, невозможно говорить полностью о декаплинге. Те негативные события, которые происходят в европейской части, неминуемо накладывают отпечаток на всю глобальную экономику. С другой стороны, вы совершенно правы, когда говорите, что страны Азиатско-Тихоокеанского региона — может быть, за исключением США, где темпы роста еще достаточно медленные — могут выступить локомотивом. В этом году мы ожидаем отрицательный рост экономики в Европе. А все-таки глобальная экономика растет в плюсе, это происходит за счет именно этих государств. Я не верю в жесткую посадку и во вторую волну кризиса. Считаю, что страны новых рынков как раз позволят обеспечить позитивный рост, хотя, может быть, и не такой большой, как необходимо для того, чтобы экономика вышла на новый уровень своего развития.

— Дискуссии вокруг юаня, валюты одной из основных экономик региона, довольно болезненны. Смогут ли противоборствующие стороны — с одной стороны США и Евросоюз, с другой стороны Китай — договориться, урегулировать свои взаимные интересны? Как изменяется сейчас мировой валютный ландшафт?

— Мне кажется, он изменяется. И даже дело не в том, сумеют ли США и Китай договориться. Наверное, процесс этот будет постоянным — о чем-то договорятся, о чем-то нет. Все заинтересованы в том, чтобы это не превращалось в некую валютную войну. Тем не менее, противоречия остаются. Сегодня есть объективные процессы — такие, как происходили в послевоенный период, когда вслед за фунтом доллар выходил на мировую арену. Удельный вес и роль новых экономик, прежде всего Китая, в мировой торговле, в мировых экономических связях растет. Соответственно, и значение валюты этого государства, тоже растет. Валюты стран, которые становятся лидерами экономического роста, должны занимать новую нишу, играть более важную роль, чем это было раньше. Конечно, для этого требуется целый ряд решений — валюта должна быть конвертируемая, должны быть сняты всякие административные ограничения. Но предпосылки для этого есть. Я не думаю, что мы очень быстро придем к мультивалютному миру, где десятки валют будут играть роль расчетных или резервных. Но мне кажется, что китайский юань и в определенной степени рубль как региональная валюта будут и уже начали играть роль международной расчетной валюты. Со следующим шагом они могут стать и резервной валютой. Поведение доллара и использование американцами доллара в качестве кнута на международной валютной арене побуждает страны искать альтернативы.

— Разговоры о том, что китайский юань теоретически может претендовать на роль мировой резервной валюты, идут активно лет 5. Но пока он не стал даже полноценной региональной валютой. Процесс, вроде бы, пошел, но во время кризиса становление юаня в качестве региональной валюты притормозилось. Есть какие-то объективные причины?

— Мне кажется, само китайское правительство должно предпринять ряд шагов.

— Оно сейчас не заинтересовано?

— Понимаете, есть несколько аспектов этой проблемы. Когда я обсуждал эту тему у нас в России, тоже возникало много вопросов. Скажем, переход к расчетам в рублях создает дополнительные риски стабильности рубля. К этому надо достаточно серьезно готовиться, создать определенные рычаги контроля, позволяющие поддерживать стабильность национальной валюты, инфляционные процессы. Думаю, что Китай, где есть целый ряд ограничений в отношении юаня, может быть, еще не готов для этого и еще окончательно не определился, насколько для них этот вопрос важен и насколько для страны стратегически приоритетен. Думаю, это время придет и шаги будут сделаны, но, наверное, китайцы должны посчитать, как это отразится на их экспорте, импорте. Китай экспортирует очень много товаров, и одной из причин противоречий с Соединенными Штатами является курс китайского юаня. Поэтому здесь целый спектр вопросов, связанных с переходом. Они требуют детального анализа и детальных расчетов.

— А в регионе, кроме юаня, нет других претендентов на эту роль?

— Китай сейчас — вторая экономика в мире с потенциальным выходом на первую позицию через несколько десятилетий. Поэтому, конечно, китайская валюта рассматривается как № 1.

— Рублю до юаня пока далеко?

— Для СНГ и для наших соседей, торговых партнеров, тех же китайцев, мы широко внедряем расчеты в национальных валютах — не только в юанях, но и в рублях. Что касается соседних регионов и постсоветского пространства, то у нас большие возможности для того, чтобы рубль становился основной валютой для расчетов.

— Цитата из вашего обращения к участникам делового саммита. «Экономический центр притяжения все больше смещается в Азиатско-Тихоокеанский регион. Стоящие перед нами вызовы лишь ярче подчеркивают гигантский потенциал АТР и ведущую роль, которую наши страны — 21 экономика — должны сыграть в ХХI веке». Между тем, из 10 триллионов долларов торгового оборота в странах Азиатско-Тихоокеанского региона на долю России приходится из этой суммы лишь 1,5%. За счет чего Россия может расширить свое присутствие на рынках этого региона? И есть ли осознанная цель стать одним из лидеров АТР?

— Я думаю, безусловно, такая цель должна быть. Нужно создавать промышленность, которая имеет достаточно большой экспортный потенциал. Сейчас многие вопросов уже находятся в работе — это и создание производств нефти и газа, и химия, и судостроение, автомобилестроение. Можно добавить целый ряд других отраслей — развитие транспортной инфрастуктуры, развитие туризма. Мы иногда говорим об инвестиционном климате как некой глобальной задаче. Это и простые таможенные правила, упрощенный визовый порядок, нормальные гостиницы, безопасность. Из этого всего складываются те элементы, которые помогают развивать взаимную торговлю. Вот это надо решать, этим заниматься. Необходимо облегчение визового и таможенного режимов, создание инфраструктуры, чтобы Россия наконец-то действительно получила полномасштабный выход в Тихий океан, чтобы мы действительно по праву называли Владивосток нашими восточными, или тихоокеанскими, воротами. Ворота должны быть широкие и удобные.

— То есть вы считаете, что, думая о великом, надо не забывать о малом?

— Абсолютно.

— Или даже начинать с малого?

— У китайцев есть неплохая поговорка, «маленькими шажками к большой цели». Я думаю, что эти шажки обязательно надо делать.

«Мы, наверное, единственный российский банк, который присутствует в 6 экономиках стран АТЭС. Единственный банк, который работает в Шанхае, в Китае, у нас есть отделения в Сингапуре, в Гонконге, во Вьетнаме, мы открыли компанию в Соединенных Штатах.»
Андрей Костин,
президент-председатель правления ВТБ

— Немножко отвлечемся от саммита. Как банк ВТБ намерен усиливать свое присутствие в регионе? Может быть, какие-то проекты финансируете, к чему-то присматриваетесь?

— Мы работаем не только на российском Дальнем Востоке. Мы, наверное, единственный российский банк, который присутствует в 6 экономиках стран АТЭС. Единственный банк, который работает в Шанхае, в Китае, у нас есть отделения в Сингапуре, в Гонконге, во Вьетнаме, мы открыли компанию в Соединенных Штатах. Мы достаточно активно присутствуем в регионе, мы готовы сопровождать наших клиентов, которые ведут бизнес в этих странах, мы активно работаем на привлечение инвестиций. Придет время, и окна возможностей вновь откроются для российских компаний. Мы будем продолжать работать с клиентами по размещению их акций. В Азии сегодня есть рынок капитала, и Азия может экспортировать капитал, этим надо воспользоваться. Поэтому мы будем наращивать там свою деятельность. 

Что касается Дальнего Востока, ВТБ присутствует в большинстве крупнейших городов, мы активные участники приграничной торговли с Китаем. Мы стараемся все-таки ограничиваться по возможности сферой нашей непосредственной деятельности, банковской. Хотя сейчас наше инвестиционное подразделение участвует в прямых инвестициях. Наши вложения и инвестиции в область инфраструктуры, которые мы тоже считаем необходимым делать, — это пример государственно-частного партнерства. Мы готовы к этому, и будем работать над этим. Мне кажется, что саммит АТЭС придаст импульс этому процессу. Не думаю, что гости разъедутся, и будет поставлена точка. Мне кажется, что поворот в сторону Азии имеет место. Обсуждается вопрос о том, в какой форме должны направляться сюда государственные инвестиции. В обществе есть понимание необходимости усиления инвестиционных процессов в Сибири и Дальнем Востоке. Думаю, что изменения будут обязательно.

— С учетом такой растущей привлекательности региона, не ощущаете ли рост конкуренции со стороны других банков? Может, не обязательно российских — китайских или японских?

— Пока нет. Хотя банковское дело — одно из наиболее конкурентных отраслей, я думаю, у нас еще много возможностей. Лишь бы российская экономика развивалась. Я думаю, что с конкуренцией проблем не будет. Всем хватит дела, и всем хватит возможностей и ниш для зарабатывания денег.

— Спасибо за ваши ответы. Это была программа «Диалог». У нас в гостях был Андрей Костин, председатель делового саммита АТЭС во Владивостоке и председатель правления и президент банка ВТБ. Спасибо.

Андрей Кондратьев , РБК-ТВ

Все публикации раздела



Подписка на новости группы ВТБ
  • Почтовая рассылка
  • Лента RSS
    Подписаться
    Подписаться
Загрузка списка городов.....